+7 (343) 271-66-75

С 2020 года Урал — главная площадка для изоляции радиоактивных отходов

Объекты в двух городах будут принимать «особые грузы» из других регионов

Наследие «гонки вооружений» и атомной программы СССР — около 500 млн кубометров радиоактивных отходов по всей стране. Сегодня такие отходы находятся во временных хранилищах, вовсе не рассчитанных на столетия. Для решения этой проблемы в России создано специальное подразделение Росатома — Национальный оператор по обращению с радиоактивными отходами.

НО РАО строит хранилища радиоактивных отходов (РАО) с учетом самых современных норм безопасности — первый такой в России объект заработал в 2016 году в Новоуральске. Что сделано за последний год, почему в Новоуральск везут радиоактивные отходы из других регионов и когда появится такое же хранилище в Озерске? — в интервью руководителя Центра общественных связей НО РАО Никиты Медянцева для «URA.RU».

— Никита, ваш главный объект, к которому приковано внимание атомщиков всего мира (он уникален) — подземная лаборатория вблизи Железногорска для изучения возможности размещения на глубине 500 метров радиоактивных отходов 1 и 2 классов (высоко и средне-активные долгоживущие). Весной, когда журналистам «URA.RU» удалось побывать на ее стройплощадке, мы увидели подведенную линию электропередач и возводимый корпус электроподстанции — ее запуск планировался на 2020-й год. Что сейчас происходит на объекте?

— Мы завершаем строительство энергокомплекса, основное здание электроподстанции почти готово, до конца следующего года мы должны ее достроить и оснастить. Начало подземных работ запланировано на конец 2020 — начало 2021 года. Сначала будут строиться вертикальные шахты (основная, вспомогательная и вентиляционная), затем будут сделаны горизонтальные выработки, которые будут опоясывать вертикальные стволы. С момента начала прохождения вертикальных стволов уже начнутся исследования (можно будет говорить о том, что лаборатория заработала).

Работы по подземным сооружениям должны быть закончены за шесть лет: в 2026 году мы уже будем проводить на объекте только работы по исследованию горного массива, его возможности препятствовать выходу радиации наружу, а также отработку технологий изоляции радиоактивных отходов.

— Другой объект, о котором «URA.RU» много писало — первый в России пункт приповерхностного захоронения радиоактивных отходов (ППЗРО) 3 и 4 классов (низко- и среднеактивных короткоживущие), расположенный в Новоуральске. Последние новости с этого объекта были о строительстве второй очереди хранилища. Когда планируется ее запустить, в какой стадии стройка?

— Мы планируем закончить строительство объекта к концу 2020 года. В целом график строительства соблюдается, мы даже идем с некоторым опережением. Основная задача там, помимо стройки — пройти в 2020-м году процедуру лицензирования объекта, включая общественные слушания. Эксплуатацию второй очереди планируем начать в 2021 году.

— Чьи радиоактивные отходы принимает пункт в Новоуральске? Это отходы от деятельности местного Уральского электрохимического комбината (крупнейшего в мире предприятия по обогащению урана — прим. ред.) или из других мест тоже везут в Новоуральск?

— По договоренности с УЭХК их отходы принимаем в приоритетном порядке, но там не только их «груз» — есть отходы и с атомных станций, и с предприятия «Радон».

И это не только потому, что ППЗРО в Новоуральске — пока единственное в стране действующее хранилище радиоактивных отходов 3 и 4 класса — такой же подход будет и для других ППЗРО, которые будут появляться.

Конечно, мы стараемся делать пункты финальной изоляции (захоронения) РАО максимально приближенными к местам их образования (к предприятиям атомной отрасли), но любой такой объект имеет федеральный статус. И какое-то количество отходов с тех мест, где по геологическим или технологическим причинам невозможно создать пункт финальной изоляции, должны куда-то уезжать. Сегодня они направляются в Новоуральск, далее, когда мы построим пункты вблизи Озерска и Северка, часть грузов с РАО будут перенаправляться туда.

— Насколько безопасна перевозка радиоактивных отходов? Люди всегда переживают, когда узнают, что РАО едут по железной дороге или автомобильным дорогам общего пользования….

— Радиоактивные отходы 3 и 4 класов всегда перемещаются по обычным автомобильным дорогам — это стандартная международная практика. Например, на дорогах Франции в каждый момент времени находится не один десяток автомобилей с радиоактивными отходами. Перевозку осуществляют специальные организации, имеющие лицензию на этот вид деятельности. Как осуществляется физическая безопасность (охрана) таких автомобилей, я сказать не могу (про нее знают только компетентные органы), а что касается радиационной безопасности — все контейнеры с РАО являются абсолютно безопасными для людей, находящихся рядом.

Есть два вида упаковки: это стальной контейнер с толщиной стенки не менее 1 см либо контейнер из армированного бетона специальной марки толщиной не менее 10 см. Они сертифицированы на случай ЧП — при испытаниях их роняют с высоты нескольких метров на жесткую поверхность, и они не просто должны выдерживать такие падения, а выдерживать их с запасом прочности.

Перемещение контейнеров с радиоактивными отходами на автотранспорте считается абсолютно безопасным. Каких-либо происшествий с грузами с РАО ни в России, ни в других странах не зафиксировано.

— Известно, что такой же пункт финальной изоляции (захоронения) радиоактивных отходов, как в Новоуральске, планируется построить в Озерске. Расскажите, пожалуйста, об этом проекте.

— В прошлом году мы прошли государственную экологическую экспертизу объекта, в этом году подготовили и передали пакет документов для получения лицензии. Идет взаимодействие с лицензирующим органом (к нам приходят вопросы — мы на них отвечаем). Это нормальная практика: дело в том, что все наши объекты — нестандартные (хотя применяемые на них технологии по обращению с РАО одинаковы, причем не только внутри страны, но и в мировой практике). Объекты уникальны, и каждая деталь проекта должна быть проанализирована с точки зрения соблюдения всех норм безопасности.

Надеемся, что в 2020-м году мы получил лицензию, а в 2021-м сможем начать строительство.

— Что известно о планах строительства других объектов по обращению с РАО?

— Есть планы по сооружению объекта вблизи Северска: этот проект идет параллельно с озерским: там та же ситуация и стадия, как и по объекту вблизи Озерска, отличия только в деталях проектов.

— Одна из самых обсуждаемых тем в последнее время — так называемые «урановые хвосты» (обедненный гексафторид урана), которые везут из Германии в Новоуральск: тема будоражит экологов не только России, но и Европы. Представители Росатома уже не раз объясняли, что это не отходы, а сырье. Возможен ли в принципе ввоз радиоактивных отходов в России из других стран? Что говорит законодательство, какова позиция Росатома?

— Это невозможно: «экспорт» радиоактивных отходов во всем мире запрещен. Но обедненный гексафторид урана не имеет никакого отношения к радиоактивным отходам, и даже к радиоактивным веществам. Он завозится как ядерные материалы. У Германии нет ни планов по развитию атомной энергетики (она ее сворачивают), ни технологий по обогащению урана. Поэтому для них это отход.

А в России есть уникальная технология по обогащению урана, и для нас урановые «хвосты» — это ресурс. Его можно задействовать и для обогащения 235-го урана и для использования в топливе реакторов на быстрых нейтронах.

В них применяется 238-й уран и можно дожигать другие вещества, остающиеся после использования ядерного топлива в обычных реакторах. Для страны это выгодно во всех отношениях, в том числе ведет к сокращению отходов в атомной энергетике.

— Насколько безопасны для населения объекты с радиоактивными отходами, которые строит и эксплуатируют НО РАО?

— С точки зрения законодательства и принципов работы Национального оператора все наши объекты должны быть не просто безопасны, а гарантировать безопасность радиоактивных отходов, и не только сейчас, а на весь период их потенциальной опасности для человека и окружающей среды. Эта потенциальная опасность может исчисляться десятилетиями и даже веками. Например, у цезия и стронция период полураспада около 30 лет, соответственно, 10 периодов — около 300 лет. Это тот срок, через который отходы, загрязненные стронцием и цезием, становятся просто промышленными отходами пятого класса, не излучающими радиацию.

— Но мы-то живем не 300 лет, а сейчас…

— Поэтому и важно изолировать их в специальных хранилищах, чтобы не несли никому (ни людям, ни окружающей среде) никакой опасности. Причем, речь идет не о новых радиоактивных отходах, а о снижении рисков, связанных с хранением уже существующих в стране радиоактивных отходов.

— То, что делает Национальный оператор с радиоактивными отходами — это не секретная информация? Нужно ли рассказывать населению о вашей деятельности?

— Мы считаем, что это не только целесообразно, но и необходимо. Более того, закон №190 («Об обращении с радиоактивными отходами») обязывает нас проводить такую работу. Мы считаем, что информированность населения о радиоактивных отходах — это ключевой базис для доверия со стороны общества к тому, что делает национальный оператор. Поэтому стараемся делать нашу деятельность как можно более открытой.

Все, что можем, мы показываем общественности. Например, в Новоуральске мы работаем с Общественной палатой города, приглашаем ее представителей на наш объект и они участвуют в контроле экологической обстановки — в отборе проб подземных вод, в отборе проб с поверхности земли. Более того, они лично участвуют в приемке радиоактивных отходов, в том числе, прибывающих из-за пределов Новоуральска.

Источник